Премьер Кисида начал с того, что закусил курильские удила | Новости 24
Business is booming.

Премьер Кисида начал с того, что закусил курильские удила

0 37

Премьер Кисида начал с того, что закусил курильские удила

Очередной японский премьер-министр Фумио Кисида вдруг заявил о том, что суверенитет Японии распространяется на южную часть Курильских островов. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков предсказуемо возразил, что тот не прав.

Вторая мировая война на Итурупе, Кунашире, Шикотане, а также на малообитаемых островках Малой Курильской гряды, которую японцы называют на свой манер Хабомаи, можно сказать продолжается — юридически. В Японии смешат нас, да, пожалуй, и весь разумный мир, талдыча про свои «северные территории». Мирный договор, мол, до сих пор не подписан. Брачные договоры тоже не всегда подписывают, и ничего, дети как-то рождаются.

По мнению нового главы японского правительства, Россия неоднократно на самых различных уровнях подтверждала политическую волю продолжать диалог с Японией, чтобы находить развязки по тем острым вопросам, которые сохраняются в повестке дня.

Никто с этим не спорит: мы за мир. Японский политик намерен заключить-таки с Россией мирный договор, и настроен на упорные переговоры с Москвой, памятуя предыдущие договоренности. Но уже с начала делает это как-то странно, ведя монолог по принципу: «Это — моё! А теперь давай договариваться, как ты мне его отдашь»…

Эксперт Общества «Россия-Япония» Олег Казаков считает, что Фумио Кисида — политик профессиональный:

— Он работал министром иностранных дел, встречался с Владимиром Путиным, ситуацию в российско-японских отношениях знает хорошо. То, что он говорит, говорит не просто так, а со знанием дела. Фактически он просто озвучивает классическую японскую позицию по «северным территориям», по мирному договору, которая сложилась в течение уже многих лет.

При премьер-министре Синдзо Абэ настроение японской политической элиты сдвинулось благодаря его усилиям в сторону компромисса с Россией. Мы знаем, что переговоры велись на высшем уровне между Путиным и Абэ, атмосфера в российско-японских отношениях, благодаря этим переговорам, усилиям, со стороны Японии — потеплела. Много проектов стартовало в это время, развивались гуманитарное сотрудничество. Это — позитивный момент в российско-японских отношениях.

«СП»: — После ухода Абэ пришел некий Суга, которого мы в России как-то не успели запомнить. Он ничего не сделал в плане развития российско-японских отношений?

— Это был период стагнации. Сейчас пришел новый премьер-министр. Он, вероятнее всего, сейчас просто фиксирует свои позиции в публичной области по разным вопросам, включая российско-японские отношения, прежде всего — с ориентацией на японскую общественность.

Нового ничего он, конечно же, не сказал. Естественно, с точки зрения российской стороны южные Курильские острова — де юре и де факто принадлежат России. Высказывания японских политиков, не только Кисиды, но и других о том, что Советский Союз «незаконно оккупировал» эти территории и «должен вернуть эти территории Японии», набили оскомину. Естественно, для российского менталитета всё выглядит совершенно по-другому.

Конечно, в восприятии проблемы есть конфликт между сторонами. В Японии свое понимание исторической правды, свои учебники. Этот конфликт сложно преодолеть.

«СП»: — Но это не эксклюзивный конфликт. Япония конфликтует так и с другими странами, оспаривая территории?

— Разное восприятие исторической реальности. Это некий гуманитарный серьезный конфликт, который в последние годы стал частью реальной политики. К сожалению, да, это мешает развитию международных отношений.

Но Кисида — человек осторожный, как я предполагаю, он не будет «размахивать самурайским мечем». Я думаю, он будет вести осторожную политику по отношению к России.

Хотелось бы надеяться, что встреча Кисиды и Путина немножко сместит акценты и, возможно, после нее появятся какие-то новации в российско-японских отношениях. Или, по крайней мере, в подходах Японии к России.

Наверное, в следующем году состоится эта встреча. Какие-то вопросы будут затронуты, возможны некие подвижки в сторону коррекции планов Японии в отношении России, в сторону широкомасштабного сотрудничества. Территориальная проблема, подписание мирного договора могут опять уйти на второй план, не мешая развитию отношений между странами.

«СП»: — Курильские острова — это что главная проблема Японии?

— Первоочередные для Японии задачи связаны с пандемией. Это большая внутренняя проблема, но ситуация идет на поправку, количество больных резко уменьшается, вакцинация широко распространяется — это большой плюс для Кисиды. Предыдущего премьер-министра Суго — очень «пинали» за то, что он что-то якобы не то и не так делал. Сейчас эта проблема решается.

Ключевая проблема во внешней политике — это выстраивание отношений с США, а также выстраивание отношений с другими партнерами, которые создают новую коалицию под названием «Группа четырех», которая будет сдерживать Китай. Для Японии угроза Китая и Северной Кореи — это приоритетные проблемы во внешней политике.

«СП»: — У нас и на западе сейчас появились «территориальные проблемы», но в отношениях с Украиной теперь используется аргумент: «Это не самостоятельная страна. Что с вассалом разговаривать? Мы будем договариваться с сеньором». Этот аргумент в отношениях с Японией будет применяться?

— Все-таки это разные ситуации. Нельзя сравнивать Украину с Японией, это вызывает недоумение. Во-первых, Япония всегда вела диалог с Советским Союзом (после войны) и с Россией сейчас исключительно в рамках дипломатии. Никогда не было каких-то угроз, связанных с оружием и насилием. Япония — очень корректно себя ведет. Принцип общей послевоенной политики Японии — решать проблемы с помощью «мягкой силы». Это правильно. У Японии нет возможности включать какие-либо силовые ресурсы. Сама по себе риторика Японии достаточно деликатна.

Второй момент: хотя Россия и Япония давно сотрудничают, но в сознании многих японцев не откладывается, что Россия — их ближайший сосед.

Я не думаю, что у японцев есть намерения разрывать отношения с Россией. Основная проблема японской стороны в том, что политики в течение многих лет уверяли японский народ в том, что, дескать, эти острова были «захвачены Советским Союзом незаконно. Стоит лишь поднять этот вопрос и — все вернется назад». Ждите.

Но в течение десятилетий проблема не решается, потому что ни советская сторона, ни российская не принимает ту парадигму окончания Второй мировой, которая есть у Японии. Мы по-разному видим эти процессы.

«СП»: — Есть ведь разные формальные исторические документы на этот счет…

— Это, например, совместная декларация СССР и Японии, где ничего не написано про то, что Советский Союз признается в незаконном захвате островов.

Наша позиция достаточно корректная — эти острова российские. Если японцы хотят поднимать вопросы, связанные с изменением границы, пусть аргументируют, будем разбираться. Если хотят подписать мирный договор, можно подписать, но так чтобы это соответствовало обоюдным интересам. Пока, к сожалению, компромисс достигнуть не удалось.

Япония остается в той парадигме, которую она себе придумала, загнав себя в эту «яму». Я думаю, что, если так будет продолжаться, перспектив решения этой проблемы нет. Но это не значит, что мы не должны развивать отношения по всем остальным направлениям.

Кроме проблемы территориальной, которую нам навязывают, у нас других противоречий с японцами практически нет. Нам надо дискутировать, общаться, учитывая, что в Тихоокеанском регионе происходит определенные сложные процессы. Проблема безопасности начинает вставать все более остро. Взаимодействие с Японией по фактору безопасности — является очень важным.

«СП»: — Может уже пора прекращать болтать про эти «северные территории»?

— Политика замалчивания не приводит к хорошим результатам. Она создает напряженность в обществе. Ничего хорошего в этом нет.

В России огромное количество людей, которая симпатизируют Японии. В Японии тоже есть люди и организации, которые симпатизируют России, ведут какие-то работы с нашей страной, например, курсы русского языка. Этих организаций, может быть, не так много, как у нас в России, но тем не менее они есть.

Если на высоком уровне будут сказаны резкие слова в отношении Японии или в отношении России со стороны Японии, это поставит людей в неприятную ситуацию. Это может вызвать ответную реакцию руководителей российских регионов, которые будут оказывать определенное давление на общественные организации, на людей, чтобы они не проявляли явным образом свои симпатии.

«СП»: — Глава Курильска уже ответил на заявления японского премьер-министра, что недавно приняты поправки в Конституцию, в которых говорится о недопущении отчуждения территорий. По его словам, жители Курил единодушно проголосовали за эти поправки.

— Нельзя в Конституции России что-то написать, чтобы японцы следовали нашей Конституции. Наш основной закон работает только на территории страны.

Что же теперь не проводить фестивали, не смотреть японское кино? Это будет определенная информационная или идеологическая бомба, сброшенная на российско-японские отношения. А именно этого, кстати, в течение многих лет добивались Соединенные Штаты. Они проводили политику раздрая и создавали всякие ситуации, включая подписание договоров: Сан-Францисский мирный договор 1951 года, Совместную декларацию СССР-Япония 1956 года, в подготовке которой американская дипломатия активно участвовала, чтобы внести некие моменты, которые можно было бы потом использовать для вбивания клина между нашей страной и Японией. Нам это не нужно.

«СП»: — На юридическом жаргоне это называется «закладки»… Говоря о «запрете», я попробовал себя в качестве «адвоката дьявола». Это конечно полушутливое предложение, поскольку я сам большой почитатель японской литературы, посматриваю иногда их аниме. Но как же нам поставить, наконец, жирную точку в старом территориальном споре?

— Россия и Япония должны выработать некую позицию, которая бы в стратегическом аспекте устраивала обе страны. Нужно идти в политическом плане к некой общей цели, при этом не вмешивая отсутствие мирного договора между двумя странами и договора о границах. Нужно выстраивать многоплановые отношения, отодвинув территориальную проблемы на второй план.

При нынешней ситуации нам нужно проводить некую информационную политику просвещения японцев с тем, чтобы изменить их психологию. Говорить об исторической правде достаточно сложно, у каждого она свои, но правильно, грамотно выстроенная идеологическая конструкция — могла бы убедить японцев в том, что нынешние требования японских политиков — немыслимы и нереализуемы.

К сожалению, присутствия России в информационном пространстве Японии практически нет. У нас наоборот многие интересуются Японией и всем японским. Это заслуга, в том числе и японских дипломатов. К сожалению, заслуг российских дипломатов на японской почве, мы практически не видим. Хотя сейчас там работает послом Михаил Галузин, это профессиональный дипломат, блестяще знающий Японию.

К сожалению, не чувствуется общей политики, направленной на развития нашей «мягкой силы». Насколько я знаю, в нашем МИДе над этим задумались. Следует заниматься идеологической работой, которая бы изменила психологию жителей окрестных стран в пользу России. Никаких других быстрых решений нет.

«СП»: — А сделать Курильские острова такими, чтобы там стало лучше, чем в Японии? Это разве не поменяет к нам отношение?

— Я с вами на сто процентов согласен. Но это большая проблема. Поэтому наш председатель правительства Михаил Мишустин предлагает там создать некие дополнительные льготные условия для бизнеса. Если там появятся инвесторы из других стран, создастся конкурентная среда. Это испортит старую японскую парадигму. Японии придется совершенно по-другому выстраивать отношения и с Россией, и с теми странами, чьи компании там активно начтут работать.

Это абсолютно правильная линия поведения со стороны России. Если, конечно, дело доведут до конца, а всё не закончится общими разглагольствованиями.

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

18 + восемь =