За нежелание быть героем светит 10 лет тюрьмы? | Новости 24
Business is booming.

За нежелание быть героем светит 10 лет тюрьмы?

0 45

За нежелание быть героем светит 10 лет тюрьмы?

Верховный суд России впервые выпустил проект постановления с разъяснениями по рассмотрению дел о преступлениях против воинской службы, уточнив причины неприменения наказания за сдачу в плен и дезертирство. О разработке документа сообщил зампредседателя суда, председатель судебной коллегии суда по делам военнослужащих Владимир Хомчик.
«Сдача в плен образует состав преступления только в том случае, если она была добровольной, то есть совершена сознательно при наличии возможности оказывать решительное сопротивление противнику и избежать захвата в плен», — сказано в проекте постановления. Состава преступления нет, если военный «по физическому состоянию не способен уклониться от плена: например, находится в беспомощном состоянии, в том числе вследствие тяжелого ранения или контузии».

За добровольную сдачу в плен грозит наказание от трех до десяти лет заключения, а если военный впоследствии перешел на сторону врага, то к нему применяют уже статью «Госизмена», которая грозит 20 годами колонии.

В документе сообщается также, что военнослужащий, впервые добровольно сдавшийся в плен, может избежать уголовной ответственности «только при наличии всех предусмотренных в норме условий»: то есть если он «принимал меры для своего освобождения, вернулся в часть или к месту службы» и не совершал в плену других преступлений.

Кроме того, проект постановления разъясняет, что российские суды должны оправдывать военных, дезертировавших из-за тяжелых жизненных обстоятельств, при этом такое оправдание действует только единожды. Норма распространяется на статьи УК РФ 337 (самовольное оставление места службы) и 338 (дезертирство).

«Под стечением тяжелых обстоятельств следует понимать объективно существовавшие на момент совершения деяния неблагоприятные жизненные ситуации личного, семейного или служебного характера, воспринимавшиеся военнослужащим как негативные обстоятельства, такие как болезнь родителей, к которым надо приехать, неуставные действия сослуживцев, насилие, невозможность иным способом сохранить жизнь и здоровье, получить медицинскую помощь. В этом случае суд постановляет оправдательный приговор ввиду отсутствия в деянии состава преступления», — говорится в документе.

Однако если же тяжелые обстоятельства «устранены или отпали», а военный продолжает незаконно пребывать вне части, за последующее уклонение от службы он подлежит уголовной ответственности на общих основаниях.

Не слишком ли мягкие меры воздействия? Сразу вспоминается Великая Отечественная война, где за дезертирство, сдачу в плен и даже отступление наказания были куда более суровыми. Даже попавшие в плен не по своей воле после войны могли оказаться в тюрьме. С другой стороны — мотивация тогдашних советских граждан была куда более серьезной, чем сейчас.

Может, стоило бы несколько ужесточить наказание? Или усилить пропаганду?

И почему вообще это постановление появляется сейчас?

— Юридические жернова мелят медленно, — отмечает экс-боец ополчения ЛНР Александр Аверин.

— Чтобы вопрос дошел до Верховного суда, он должен пройти несколько инстанций. Так что публикация проекта постановления связана с проблемами, появившимися в прошлом году.

На мой взгляд, формулировки и по сдаче плен, и по дезертирству, и по самовольному оставлению места службы достаточно понятны. В то же время, зная нашу судебную систему, нельзя исключать эксцессы на местах. Известно много случаев, когда суд первой инстанции неправильно трактует или попросту игнорирует постановления Верховного суда.

«СП»: Можно ли, по-вашему, тут проводить параллели с Великой Отечественной войной?

— Между Великой Отечественной и происходящей сейчас спецоперацией есть и параллели, но отличий все же больше. Пока что ни государство, ни общество полностью не осознают, что и Украина, и коллективный Запад жаждут распада, то есть уничтожения России. Да и сам масштаб боевых действий куда меньше, чем 80 лет назад.

В то же самое время говорить о массовых сдачах в плен российских военных не приходится. Украинских военнопленных в принципе в несколько раз больше, чем наших, а случаи добровольной сдачи российских бойцов единичны. Кроме того, наши солдаты в безвыходной ситуации предпочитают не сдаться в плен, а покончить с собой — ведь в украинском плену их ждут пытки, и, достаточно часто, мучительная смерть. Украина запятнала себя множеством военных преступлений.

«СП»: По-вашему, то, что это постановление появляется сейчас, означает окончательную расстановку всех точек над i в данном вопросе?

— Скорее, постановление суда, связано со случаями дезертирства и самовольного оставления части. Такие случаи известны, и они приводят к соответствующим судебным решениям.

Полагаю, для предотвращения случаев бегства с военной службы нужно объяснить народу в целом и мобилизованным бойцам в частности ясные и четкие цели текущего военного конфликта — воссоединение русских земель и прекращение существования украинского государства, ставшего орудием войны против России.

— Знаете, мне кажется, что порой не стоит запрягать телегу впереди лошади, как это делают наши коллеги из некоторых информагентств, — говорит крымский журналист Сергей Кулик.

— Как говорил один из героев «Кавказкой пленницы»: «торопится не надо». Секундочку, а что собственно произошло?

В Верховном Суде Российской Федерации 21 марта 2023 года состоялась веб-конференция очередного заседания Пленума Верховного Суда России. По итогам обсуждения участники Пленума внесли предложения по доработке документа, после чего проект постановления был направлен в редакционную комиссию. Точка.

«СП»: Много ли наших сегодня в плену? Как большинство из них туда попало?

— Врать не буду — не знаю. Украинцев — свыше пятидесяти тысяч. В основном сдались сами.

«СП»: По-вашему, почему украинцы охотнее сдаются в плен? Россияне с ними более гуманно общаются? Сможет, зря?

— Упаси Бог нам украинизироваться! Вспоминая сказку Шварца, борясь с Драконом, мы ни в коем случае не должны сами стать Драконом! Поэтому мы с пленными всегда обращаемся по-людски, по-человечески, по-христиански.

— Госдума недавно приняла соответствующий закон, и по его применению сразу возникли вопросы к Верховному суду, — объясняет главный редактор форум. мск Анатолий Баранов.

— Во-первых, вернувшись из плена, будешь доказывать, что не верблюд, что Родине не изменял и так далее… Это отсылает к практике времен, однозначно осужденных двадцатым и двадцать вторым съездами КПСС. Причем если тогда процент оправдательных приговоров в судах составлял все же порядка семи процентов, то сейчас он стремится к нулю. Сдача в плен при возможности решительного сопротивления является теперь преступлением, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы до 10 лет. Также преступным деянием считается добровольная сдача противнику. И если второе понятно, то первое можно трактовать и так, и сяк. Ладно, если был тяжело ранен, а если контужен? Как ты, допустим, через год докажешь контузию? А если просто испугался? Ну вот парализовало тебя страхом — ты героем быть и не планировал, ты мирный человек, тебя призвали в армию и требуют — будь героем! А не будешь — 10 лет тебе. А если тебя намеренно взяли в плен, допустим, ДРГ противника, как «языка»? А если ты заблудился и неожиданно вышел на противника, когда сопротивляться бесполезно? Да миллион ситуаций может возникать, когда сдача в плен неизбежна, но ты не ранен и не контужен.

«СП»: В Великую Отечественную еще строже наказывали…

— Наказание во время ВОВ было даже и не строже. Сейчас светит до 10 лет просто за то, что не захотел погибать смертью храбрых. В те времена разбирались подробно и не слишком предвзято — подавляющее большинство вернувшихся из плена попадали обратно в части, а не в лагеря.

«СП»: А с Украиной можно сравнивать? У них с этим жёстче или мягче? Почему их больше в нашем плену?

— У них с этим и мягче, если по закону, и жестче, если по беспределу. А вообще у Ходаковского есть интересное и, как мне кажется, очень верное рассуждение, что пленных брать нужно, и нужно обращаться с ними гуманно. Противник не должен бояться сдаваться в плен, он должен верить, что с ним в плену ничего плохого не случится, и он по окончании войны поедет домой живой и здоровый. Тогда он будет легко сдаваться, и не станет биться до последнего, как призывает нас Верховный суд. И тогда он не убьет кого-то из наших, а будет сидеть в специальном лагере и жрать тушенку. Надо всячески пропагандировать сдачу в плен противника — и не запугивать собственных солдат наказаниями за, может быть, минутную слабость. Переход на сторону противника — это преступление, а вот сдача в плен — скорее несчастье. Не вижу необходимости запугивать личный состав наказанием за него.

— Обстоятельства пленения могут быть разными, — подчеркивает историк, публицист, постоянный эксперт Изборского клуба Александр Дмитриевский.

— В любом случае не должно быть ответственности за попадание в плен, когда у воина были исчерпаны все возможности для дальнейшего оказания сопротивления противнику. А касательно самовольного оставления места службы, коим является дезертирство, здесь также должны учитываться обстоятельства, подтолкнувшие солдата к такому шагу. Поэтому решение Верховного Суда считаю правильным.

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.